Федор Глазов, директор школы Точка притяжения

Мы, с одной стороны, школа молодая, с другой стороны, достаточно взрослая. Потому что изначально наш проект – это про выпускников. Начинали с того, что уже 7 лет выпускаем одиннадцатые классы. А два года назад мы перешли к начальной школе. Подрос собственный сын, встала острая необходимость где-то его учить. Помимо этого, мы поняли, что хотим двигаться в сторону полноценной школы, это очень интересно. Так появилась “Точка притяжения”. Сперва она называлась “Маленькая школа”, но мы очень быстро выросли и из этого названия, и из определения “начальная школа”. 

Располагаемся на Крестовском острове, хотя сейчас локация уже не имеет значения. Если ещё 2 месяца назад все думали о школе исключительно как о месте, о стенах, о здании, о помещении, то  сейчас мир перевернулся с ног на голову. Теперь все надеются, что когда-нибудь мы вернёмся обратно в наши пенаты, но при этом понимают, что надо уметь учиться и без стен. Наш опыт показал, можно учиться онлайн. Это сложно, в первую очередь, сложно ребятам. Я сейчас подробнее об этом поговорю: какие вижу в этом сложности, какие, на мой взгляд, будут последствия всего, что происходит. Самый главный наш вывод – можно перестроиться, можно взаимодействовать с детьми. 

Мы ушли в онлайн ещё за неделю до официальных каникул, когда появились первые рекомендации, что надо бы меньше собираться. Первая неделя была непростая, педагоги с ужасом узнали, что есть ZOOM, что есть Google класс, нужно срочно научиться это использовать. Но оказалось, что всё не так сложно. За неделю было всё освоено на базовом уровне, чтобы начать работать. Потом была неделя каникул, когда дети отдыхали, а мы подробнее во всё вникали, изучали, рассматривали. И после каникул смогли свободно и спокойно выйти в онлайн. 

У нас получилось почти всё наше расписание продублировать на дистанционке. Потом стало понятно, что это для детей тяжеловато. Мы стали чуть-чуть сокращать продолжительность уроков, ввели “дни здоровья”: день, когда, с одной стороны, есть онлайн, с другой стороны – есть тусовка, кулинария, танцы, лепка, рисование, поделки, игры и просто поболтать. Оказалось, что детям это очень важно.

А дальше онлайн начал всё менять и адаптировать. Процессы обмялись под формат видеокамеры, под то, что дети сидят дома. И получилось неплохо. Ребята занимаются, ребята очень ждут выхода обратно. А мы ждём учеников обратно не меньше, а даже больше, пожалуй! 

Я считаю, что массовая необходимость прыгнуть в онлайн не останется без неожиданных результатов. Мы понимаем, что уже надо будет что-то оттуда брать, надо будет перемещаться туда-сюда, появятся смешанные уроки. У нас уже есть дети, родители которых уехали на Бали. До этого они не могли заниматься, находясь за границей. А сейчас они   продолжили заниматься. Понятное дело, что у них есть часовые пояса и прочие прелести, которые мешают, но появилась возможность дать родителю больше свободы. 

Что даёт нам онлайн? 

Он даёт семье больше свободы: нет необходимости быть постоянно привязанным к какой-то локации. Когда мы набирали в школу в начале учебного года, приходило много людей, которые очень переживают за свою свободу. Это молодые пары, где папа ИТ и мама, в основном, что-то близкое. Они привыкли, что  живут свободно,  перемещаются по миру: полгода там, полгода там, приехали в Россию, потом уехали. Работа позволяет, и таких людей достаточно много. Для них с школой всегда были проблемы, потому что образ жизни менялся в худшую сторону: нужно было ребёнка посадить дома и самим сесть, да ещё и начать куда-то его каждый день водить. Онлайн для таких родителей – просто спасение, потому что социализации у детей выше крыши: они постоянно тусуются где-нибудь с какими-нибудь европейскими или индийскими детьми, им есть с кем поиграть, получить контакты телесные, физические, а вот знания получать сложно.

У нас есть дети, которые так прожили первые три класса, постоянно путешествуя, учёба была от случая к случаю. Где осели, там и поучились, какие-то онлайн школы были, но без контроля и системы, что-то родители сами дали.  И вот, такого ребёнка в четвёртом классе мы вытягивали весь год, потому что уровень её академических знаний очень низкий, разрозненный, просто приходилось заново всё собирать. А онлайн – это возможность для таких родителей учиться системно

Мы сейчас думаем о смешанных классах, которые будут одновременно являться и онлайн и оффлайн. Думаем, как это совместить в одном проекте, ищем для этого подходящие площадки. Смотрим на тот же ZOOM, можно ли с его помощью сделать, чтобы учитель одновременно занимался с детьми, которые где-то далеко за компьютером и которые находятся в классе. Это самое сложное, что можно придумать в оффлайне. Легко учить просто тех, кто пришёл оффлайн, достаточно понятно сейчас, как учить тех, кто пришел в онлайн. А когда ты должен учить и тех, и других одновременно – наступают сложности. Мы изучаем сейчас мировой опыт, который на эту тему уже появляется. Мне кажется, что это перспективно. 

Ещё одна из историй того, что меняется – взаимоотношения с подростками. Маленьким дома неплохо и с маленькими дома у родителей чаще хорошие отношения. Ребёнку в возрасте 10-12 лет дома с родителями, в принципе, тоже хорошо, он, как правило, радуется, что видит папу не два раза в день, даже возможно погуляют или даже просто проведут вместе много времени. Хотя для родителей это психологически большая нагрузка. Если родитель раньше мог отвлекаться, выйти, чтобы разгрузиться, то сейчас нет, они в большинстве своём дома и получают дополнительный труд. А  когда мы касаемся старших детей, то там происходят довольно напряженные вещи: то есть одиннадцатиклассник, который сейчас готовится к ЕГЭ, испытывает дикий прессинг. Дома сейчас встретились совсем незнакомые друг другу люди. Это просто поразительно, насколько мама, папа и ребёнок друг друга не понимают. 

Нам дети пишут эсэмэски: “Заберите нас, пожалуйста, отсюда, потому что мы больше не можем, на меня постоянно орут, а я не понимаю, за что, я делаю, что могу”. Есть истории, когда человек не очень любит учиться. Раньше это нивелировалось школой: дети уходили из дома, потом возвращались и у них всё было в целом хорошо. А сейчас все видят процесс, как человек учится. Мне кажется, сейчас классное время, чтобы друг с другом познакомиться. Просто шикарная возможность родителям принять своего ребенка, договориться, перестать строить безумные ожидания, перестать ожидать чего-то своего, спросить, наконец, чего ребёнок хочет. Подходит как старшим детям, так и младшим. Просто понаблюдать за ним, как он на уроках. Пусть онлайн. 

Онлайн сейчас поделился на живой и мёртвый. Прислали миллион домашних заданий и сами делаем – это достаточно мёртвый способ, печальный и очень сложный. А есть онлайн живой, когда классом собрались в какое-то общение. К нему много вопросов, какой он должен быть, но он есть. Родители могут походить и посмотреть. Мы наших родителей приглашаем на уроки, чтобы они не из-за спины у ребенка стояли и смотрели, чем он занимается, а зашли под отдельным ником в трансляцию, не обязательно под своим, иногда это просто невидимый гость, и посмотрели, как их ребёнок учится, что ему нравится, как он взаимодействует с другими детьми, как с педагогом. Это огромный пласт информации, которую можно получить о своём ребёнке и заново с ним познакомиться: понять, кто он такой, что ему интересно. 

Все хотят, чтобы дети были успешными, чтобы у детей всё было хорошо. Такая классическая родительская история о том, что “мы хотим успешного ребенка”. Только почему-то всё чаще сталкиваюсь с тем, что понятие успешности основано на понимании родителя о том, что такое успех во взрослом понимании, а ребёнку нужен успех в его конкретно детской деятельности, то есть, чтоб ребёнок был успешен в своем понимании. Это два больших полюса, потому что на одной стороне родители: “Я для тебя хочу вот этого”, а на другой стороне есть ребёнок, и не факт то, что хочет родитель – это то, что надо ребенку. Возможность изучать, наблюдать, понимать, что ему на самом деле надо, в чём он силен, что ему интересно, принять и с пониманием к этому относиться, выдохнуть полностью про оценки, про школьные программы. Одна мама мне говорила: “Мы же можем сейчас нахватать двоек, не успеть по школьной программе”. Бог с ним. При всей печальности текущей ситуации, это волшебное время, мы можем больше друг о друге узнать. Мои выводы онлайна такие: это время знакомиться, познавать больше, лучше, глубже и порадоваться тому, что что-то хорошее тоже происходит. 


Первоначально у вас была специализация подготовки ребят к ОГЭ и ЕГЭ и сейчас вы открыли младшую школу. Есть ли какая-то особенность у вашей младшей школы, авторская методика, чем вы интересны, кроме того, что вы милые?

Быть милыми – уже достаточно много в наше непростое время. Я рад, что вопрос не звучит: “чем вы отличаетесь”, потому что я часто слышу вопрос о том, “чем вы отличаетесь от других школ”. Я для себя давно сформулировал мысли, что я не хочу отличаться, выделяться, быть другим – будь то гос.школы, будь то частные школы, потому что это какая-то история соревнования. Образование – это точно не про соревнования, это про разные подходы. 

Когда мы начинали со старшеклассниками, во главу угла лёг принцип ценности личности ребенка. Мы уже 7 лет по старшеклассникам, нас рекомендуют и к нам приходят, потому что мы детей очень любим и уважаем их право учиться или не учится и как-то взаимодействовать с миром. В началку тоже всё гармонично вошло. Мы за баланс, мы за здравое распределение академичности

Мы не говорим, что мы альтернативная школа в плане того, что нужно отринуть все ФГОСы, всё зло, а мы знаем путь добра. ФГОСы – хорошая история, учёба – тоже хорошая история, просто в академической учёбе должен обязательно быть личностный компонент: когда мы видим ребенка, понимаем и принимаем его. Принимаем таким, какой есть. Даже в начальной школе есть дети, которые уже не любят учиться, особенно если они пришли в четвёртый класс и имеют за плечами 2,3 школы. У нас такие есть дети, у них огромный опыт и местами травмирующий. Мы говорим: “О’кей, будь таким, каким ты хочешь”. А дальше мы начинаем договариваться. 

То, чем мы постоянно занимаемся – договариваемся. У нас так работают преподаватели. Мне кажется, это базовая история, оттолкнувшись от которой дальше можно устраивать любой личный образовательный маршрут. Он может быть групповой, индивидуальный, более сложный, с углублением во что-то. Но для начала тебе важно влюбить человека в процесс жизни и учебы, чтобы он полюбил учиться, полюбил этот процесс познания. Просто познавать – это то, что заложено в человеческой природе. А когда мы познавать перестаем, когда ребёнок говорит: “Я не хочу ничего”, это неправда. Он многое хочет: хочет играть в компьютер – это тоже познание, хочет снимать видео в ТикТок, хочет какой-нибудь лайкер – всё процесс познания. Я для интереса захожу в те игры, в которые дети играют, там отнюдь непросто разобраться с ходу, как персонажей прокачать. А дети делают, разбираются, и это тоже процесс познания. Принимая всё, что хотят они, мы можем добавлять наши представления об образовании, которые, кстати, в последнее время очень сильно трансформируются – и тема понятия “академичность”, и зачем эта программа, почему программа такая – это огромный вопрос. Мы себе сейчас всё время задаем вопросы: почему программа именно такая, почему такой набор предметов, к чему он ведёт? Это точно набор предметов успешного человека или его надо расширять или что-то убирать? И мы об этом очень много думаем. 

Пока что экспериментируем, добавляем в процессе много творчества. У нас очень большой творческий блок – это и лепка, керамика, и пластилин, рисование в разных техниках, и шитьё, шахматы, дополнительные истории. Если дети что-то хотят –  стараемся это добавить. Пока не уходим от классических математики и русского, и английского, за что все переживают, но, возможно, всё будет меняться. Мы, как школа, тоже в поиске своих новых путей.

В альтернативных и неформальных школах звучит вот этот тезис – оттолкнуться от интереса ребенка и дальше уже двигаться вместе в раскрытии его интереса. Но всё равно очень часто звучит вопрос от родителей: а как же преодоление, как же научиться этому “надо”. Как вы с этим работаете? 

Мне кажется, у современного ребенка в большинстве своём трудностей в жизни немало. Это нам, может быть, кажется, что, с одной стороны, такое время карантинное, а на самом деле дети достаточно много чего преодолевают. Святых родителей не бывает, всё равно родители транслируют свои идеи, своё отношение – мирятся, ссорятся, ругаются, что-то заставляют делать, договариваются или не договариваются. Преодоления в жизни ребёнка достаточно.  

Можно идти по модели: ты попал и тебе надо выжить, если выжил – молодец. Но мы не хотим быть такой школой. С другой стороны, мы также не хотим быть школой розовых единорогов, где человек приходит и всё прекрасно, мы следуем за твоим желанием: если ты не хочешь учиться – да бог с ним, не ходи на уроки и не делай ничего, если тебе хочется. Это какая-то странная история полного следования за интересами ребёнка. Важен баланс

С одной стороны, да, мы твои интересы уважаем, даем тебе права, и ты имеешь право выбора. С другой стороны, ты уважаешь и наши интересы, и наши права. Как ответственные взрослые, предлагаем тебе определённый набор, в рамках этого набора есть выбор, но он не выбор между “не делать ничего” и “делать что-то”. Он выбор между “делать вот это, это или это”, он о выборе глубины. Но это не совсем про начальную, это больше про среднюю и старшую школу. 

Ты можешь математику учить глубоко или учить её базово. В нашем случае педагогическая задача – сделать математику максимально интересной. Это же банально просто, с одной стороны, но если ребенку будет интересно, он будет это выбирать, а если нет, то мы можем его только заставить. Да, иногда надо настоять и сказать: “Давай ты пока не будешь от этого отказываться, попробуй чуть больше, чем один раз, погрузись чуть глубже, посмотри, может быть, где-то будет интересно”. С детьми надо разговаривать, они прекрасно понимают и в состоянии понять, когда мы им объясняем, почему это важно. 

Вопрос в другом: я сталкиваюсь с родителями, которые не могут объяснить детям, почему важно учиться. Самая важная проблема в этом, когда дома не могут объяснить “зачем”, могут только сказать: “надо, потому что я же учился в школе, и ты должен учиться”.

Как школа, вы не берете на себя эту задачу объяснить ребенку, зачем ему учиться?

Мы берём на себя задачу объяснить родителю, зачем его ребенку учиться. Это должны знать в первую очередь родители, потому что школа может поддержать, может создать синергию с родителем, особенно начальная, но не может заменить. Когда родитель выключен из процесса образования, особенно в началке: “Я вам отдал глупого, верните умного через пять лет”. Может так можно, но он будет умный по нашему, не по родительскому. 

А мы предлагаем родителю стать участником процесса и уже в нем начать с нами вместе договариваться со своим ребенком, зачем ему все это надо. В тот момент, когда мы все дружно договорились, начинается самая классная история образования – когда всем участникам становится в кайф. Это самое главное: ребенок с удовольствием бежит в школу, родитель спокойно его отпускает, зная, что там всё будет хорошо. А мы знаем, что у нас в любой ситуации есть поддержка, помощь и наши ценности будут разделены. Наверное, это основное.

Сейчас экономика потерпела серьезный урон, и как ты смотришь на перспективу сокращения и изменения графика перемещающихся по миру семей, насколько  их количество сохранится на том же уровне? И второй, связанный с этим вопрос – про финансовую политику: будете как-то корректировать цену на онлайн – это будет дешевле?

В любом случае, количество семей с устойчивым доходом сократится, людям становится тяжелее, это понятно. Но мне кажется, что в рамках 2-х лет будут последствия, потом всё опять стабилизируется. Те семьи, которые часто ездят, обычно из ИТ-сферы и это наименее пострадавшая отрасль. Они как работали, так и работают, и достаточно неплохо зарабатывают, поэтому и здесь я не предвижу каких-то сильных изменений. 

Онлайн должен стоить дешевле, чем оффлайн просто потому, что мы не несём каких-то расходов с физическим присутствием детей. У нас нет необходимости в аренде. Не думаю, что он будет стоить в три раза дешевле, потому что основное качество образования в людях, которые общаются с детьми. Будет на 20-30% дешевле, наверное. 

При этом я понимаю, что развертывание всей этой системы – это год как минимум. Сомневаюсь, что мы сможем выйти в сентябре и сказать, что учимся по-новому. В сентябре, надеюсь, нас выпустят обратно вживую учиться и произойдёт естественный откат, то есть все, кто смогут, вернутся в школу и скажут: “Давайте забудем про эти компьютеры как про страшный сон”. Это будет естественное желание всех, начиная с садиков и заканчивая школами – откатиться обратно в докомпьютерное время: сели за парты, взяли друг друга за руки. 

Моё мнение, что за следующий год будет много изменений. Дай бог, весь этот карантин останется в прошлом и не будет иметь длинных флешбеков. Но в следующий год будет происходить много нового, появятся новые онлайн-продукты. Появится новая платформа, новые игроки, просто онлайн-школы. Будет интересно.

Другие статьи
Интервью с представителем школы shkolprosvet 10 Окт 2021

Школа Мая — педагогический подход 100-летней выдержки

Уникальная школа открыла свои двери в этом году в здании Русско-немецкого Центра встреч — “Школа Мая”. Разбираемся, почему новый образовательный проект такой необычный, на каких принципах построен и действительно ли может существовать школа, чей основной принцип — счастье ее учеников. История В 1856-м году талантливый педагог Карл Иванович Май открыл частную школу. Чем она отличалась […]
Интервью с представителем школы shkolprosvet 5 Сен 2021

Пролицей: как осознанная старшая школа работает с запросами старшеклассников

В сентябре 2021 года в центре Петербурга запускается новый образовательный проект — старшая школа “Пролицей”. Сейчас его директор Дмитрий Амелин ведет набор первых студентов — учеников 9-11 классов. Почему в старшей школе так важно не погружаться только в экзамены и как подростки могут повлиять на образовательное пространство – об этом мы поговорили с Дмитрием во […]